N°123
12 июля 2002
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ЗАГРАНИЦА
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
  ПОИСК  
  • //  12.07.2002
Расколотое изображение
«Отель» Майка Фиггиса сбивает зрителя с толку

версия для печати
На Московском кинофестивале «Отель» был показан в рамках программы «Восемь с половиной». По идее ее куратора Петра Шепотинника, эта программа должна выявлять главные кинотенденции года. «Отель» -- фильм завораживающий, но искать в нем тенденцию не стоит. Это работа штучная и не имеющая шансов повлиять на мейнстрим. Майк Фиггис, некогда музыкант и клипмейкер, в мейнстрим уже поиграл, сняв «Покидая Лас-Вегас». Теперь он с этим завязал и снимает фильмы, свободные от какой-либо актуальности.

«Отель» -- затейливый пазл из детективного сюжета, рассуждений о природе кинематографа, иронических отсылок к ларсфонтрировской «Догме» и загадочных камео многочисленных звезд. Фиггис заселяет венецианский Палас-отель самыми разными персонажами. Сюда въезжает съемочная группа, собирающаяся делать фильм по «Герцогине Амальфи» Джона Уэбстера -- кровавой и путаной трагедии, настоящему антикварному трэшу. Режиссер (Рис Айфанс) хочет снимать в стиле «Догмы» -- без дублей и репетиций, на цифровую камеру, прямо на запруженных голубями и туристами венецианских пьяцца. А в недрах отеля творятся истории, не менее загадочные и кровавые, чем у Уэбстера. В самом начале сюда въедет осторожный джентльмен с внешностью Джона Малковича -- мы видим его за светским ужином при свечах, отделенным от сотрапезников решеткой средневекового каземата. Возможно, его запирают по тем же причинам, что и Ганнибала Лектера, -- похоже, что в отеле действует тайный клуб каннибалов. В подземных кладовках висят на крюках отрезанные ноги и руки, по коридорам бродит сомнительный гид с демоническим обликом «чернокнижника» Джулиана Сэндза. В отеле обретаются проститутки, исполняющие самые экстравагантные требования клиентов, и наемные убийцы. Пуля киллера достанется режиссеру. Но «смерть в Венеции», казалось бы неизбежная в силу фатализма цитаты, пощадит его. Он будет лежать в коме и беспомощно вращать невидящими глазами, пока его не вернут к жизни примерно тем же способом, каким пытается воскресить свою коматозную возлюбленную герой альмодоваровского «Поговори с ней»: нет, не только разговорами, но и страстным сексом. Оживший режиссер расскажет, что в коме он обрел удивительный дар -- видеть одновременно все происходящее в отеле.

В «Отеле» вновь появляются столь полюбившиеся Фиггису в его предыдущем фильме («Таймкод») полиэкраны. Есть искушение связать их расколотую и размноженную картинку с «загробным» даром режиссера. Но полиэкран возник задолго до того, как герой впадает в кому. Скорее, это зрение самого отеля, запрятанных в его недрах камер слежения. Только никто не смотрит на мониторы -- отель устал следить за собой. Коматозный режиссер в силу какой-то паранормальной путаницы подключается к этим камерам -- так порой мы случайно подключаемся к чужому телефонному разговору. Полиэкран у Фиггиса возникает совсем не для того, чтобы продемонстрировать всевидящее око. Фиггис дробит картинку, чтобы показать: нечто неизбежно ускользает от нашего взгляда, проскальзывая в щели между кадрами. Так некогда использовал полиэкран Энди Уорхол. Зрителю предлагали одновременно две картинки, на которых ничего и не происходило -- разрываясь между экранами, ты чувствовал, что нечто проглядел, кино прошло мимо тебя так же, как проходит повседневная жизнь, в которую, как и в фильмы Уорхола, вроде бы не надо вглядываться.

После «Отеля» тоже чувствуешь: что-то упущено. Ты пытаешься собрать квазидетективную мозаику сюжета, пересчитать цитаты, понять, что же Фиггис думает про «Догму», к чему ему «Герцогиня Амальфи», куда пропал мелькнувший в первой сцене Малкович и кто «заказал» режиссера. Но тщетно. Фрагменты и цитаты не соберутся воедино. Полиэкран не позволит увидеть общую картину. Фиггис может поминать «Догму» и снимать нечто, напоминающее ремейк Гринуэя, сделанный с восхитительным пофигизмом уорхоловских андерграундных фильмов. Кино создано «из вещества того же, что наши сны», но и мы сами, как известно, созданы из этой же материи.
Ирина КУЛИК

  КУЛЬТУРА  
  • //  12.07.2002
Вышла пластинка «Детский сад -- штаны на лямках»
К заметке об этой пластинке так и просится штампованный заголовок «Музыканты впали в детство»: без малого два десятка любимцев «Нашего радио», в основном представители причудливого направления «форматный панк», записали альбом кавер-версий детских песен. Впрочем, попавшее было на язык название отпадает само собой не только по причине вопиющей банальности, но и из-за элементарного несоответствия реальному положению дел. Никакой детской непосредственности на диске нет и в помине. Сыграно все как-то на удивление деловито, с хорошо темперированной бодростью и строго дозированным весельем. В общем, не по-детски. Distemper и «Седьмой прохожий» выдают свои версии «Первой песни разбойников» из «Бременских музыкантов» («А говорят, что мы народ горячий...»), «Леприконсы» -- новогодний дуэт Зайца и Волка из «Ну, погоди», Чичерина -- «Ветер перемен» из «Мэри Поппинс» и так далее. Концепт в принципе соблюден, хотя все равно совершенно непонятно, почему по прейскуранту музыкальных игрушек прошли, скажем, «Я шагаю по Москве» (в версии «Ногу свело») и уж тем более перепетая группой «Каберне Денев» предельно взрослая по своей сути баллада из «Последнего дюйма»... >>
  • //  12.07.2002
Гельман без границ
Недавно прошел слух, что Марат Гельман должен стать директором аналитического и политического вещания на «Общественном российском телевидении». Попытаемся понять, каким будет вклад Гельмана в ОРТ и с чем останется современное искусство, лишившись этого галериста и культуртрегера... >>
  • //  12.07.2002
Рубенс догоняет Ван Гога и Ренуара
Картина Питера Пауля Рубенса «Избиение младенцев» (между 1609-м и 1611-м) продана на аукционе «Сотбис» за 49,5 млн фунтов стерлингов (77 млн долларов). Никогда еще за полотна великого фламандца не выкладывалась такая сумма. За всю историю лишь два живописных произведения были проданы дороже: в 1990-м на аукционе «Кристи» портрет доктора Гаше работы Ван Гога ушел за 82,5 млн долларов, в том же году на «Сотбис» -- пейзаж Ренуара за 78,1 млн... >>
  • //  12.07.2002
«Отель» Майка Фиггиса сбивает зрителя с толку
На Московском кинофестивале «Отель» был показан в рамках программы «Восемь с половиной». По идее ее куратора Петра Шепотинника, эта программа должна выявлять главные кинотенденции года. «Отель» -- фильм завораживающий, но искать в нем тенденцию не стоит. Это работа штучная и не имеющая шансов повлиять на мейнстрим. Майк Фиггис, некогда музыкант и клипмейкер, в мейнстрим уже поиграл, сняв «Покидая Лас-Вегас». Теперь он с этим завязал и снимает фильмы, свободные от какой-либо актуальности... >>
  • //  12.07.2002
Появился русский роман о Гитлере и его окружении
Обложка книги Елены Съяновой «Плачь, Маргарита» (М., «ОЛМА-Пресс») выполнена в откровенно «зазывной» манере: готические литеры, резвящаяся овчарка, эффектная молодая женщина... И он -- в композиции доминирует спящий Гитлер. «ОЛМА» выпускает немало исторического (и квазиисторического) чтива, но у серии «Оригинал» совсем другие задачи. Не развлекуха, а «Литература категории А». И как ни относись к десяти разным книгам, вышедшим под эгидой «Оригинала», следует признать: каждая была ощутимым «литературным фактом», выламывалась из рамок средней беллетристики. ... >>
реклама

[an error occurred while processing this directive]
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Яндекс.Метрика