N°78
30 апреля 2003
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    
  ПОИСК  
  • //  30.04.2003
Птицы нашей дряхлости и юности
версия для печати
На апрельской московской афише значится спектакль, который мог еще видеть Государь Император Николай II, -- поставленная Станиславским «Синяя птица». Председатель Совнаркома Ленин (Ульянов) мог видеть «Принцессу Турандот» в Театре имени Вахтангова. Трудно вообразить, а все же попытаемся -- генеральный секретарь ЦК КПСС и председатель Совета министров СССР Сталин идет с внуком в Театр имени Пушкина на спектакль «Аленький цветочек», не сходящий со сцены по сию пору. Первый секретарь ЦК КПСС и председатель Совета министров СССР Хрущев вполне мог еще до лишения этих постов посмотреть «Добрый человек из Сезуана» на Таганке. А уж генеральный секретарь ЦК КПСС, а впоследствии -- председатель президиума Верховного Совета СССР Брежнев, если был бы сейчас жив, мог бы просто не вылезать из московских театров, любуясь на спектакли, поставленные при его жизни: «Тартюф» и «Мастер и Маргарита» на Таганке, «Царь Федор Иоаннович» и «Вишневый сад» в Малом театре, «Чайка» и «Татуированная роза» во МХАТе имени Чехова, «Бешеные деньги» в Театре сатиры, «Юнона и Авось» в Ленкоме, «Балалайкин и К», «Вишневый сад» и «Три сестры» в «Современнике», «Безобразная Эльза» в Театре имени Гоголя, а с детишками мог бы сходить еще на «Малыша и Карлсона» в Театр сатиры и «Два клена» в ТЮЗ. Не долго правил страной генсек Андропов, а и от его правления остался маленький памятничек на московской афише -- «Будьте здоровы» Шено в Театре имени Вахтангова, спектакль, разменявший в этом сезоне третий десяток (в отличие от постановок звезд отечественной режиссуры, что сходят с афиши этого театра через год-два после премьеры). Примерно столько же правил генсек Черненко, но и от тех времен остались «Дама с камелиями» в ЦАТРА и «Плоды просвещения» в Театре имени Маяковского. Поставленные гениями режиссуры, талантами, посредственностями или скромными педагогами; идущие непрерывно или возобновленные в новой редакции; держащиеся волею крупных артистических дарований или разыгрываемые артистами второго или третьего эшелона; привлекающие зрителя именем автора или просто названием; тридцать лет собирающие полный зал или дотлевающие при пустом; сохраняемые в афише как акт обдуманной политики или в силу безразличия и безволия; вошедшие в историю мирового и отечественного театра или являющиеся знаками или приметами прошлого столетия, -- каждый из них так или иначе прошел сквозь несколько поколений зрителей, воспитал их вкус (или, если угодно, безвкусие) и продолжает его формировать в веке ХХI. О судьбе этих спектаклей думаешь, сталкиваясь с чередой нынешних спектаклей-подгузников, рассыпающихся через месяц-другой после премьеры. Конечно, можно сказать, что спектакль, идущий больше десяти лет, это монстр, -- другое время, другие или постаревшие актеры, другое восприятие пространства, звука... Райкин в «Сатириконе» принципиально не сохраняет спектаклей долго, но, во-первых, это его принцип, необязательный для других театров, а во-вторых, это его принцип, то есть результат осознанной репертуарной политики. К большинству руководителей московских театров (не только к главным режиссерам и руководителям, но и к директорам) эти слова неприменимы. Если первые редко, но сменяются со своих постов, то директора театров бессмертны, как учение Маркса--Ленина. «Красные» директора, ставшие «зелеными» (не в экологическом, а в экономическом смысле этого слова), становятся неуязвимы для труппы, органов культуры, да и для «независимой» прессы. И если на проблемы Театра на Малой Бронной пресса все-таки обратила внимание, то «блеск и нищета» Театра имени Станиславского остаются незамеченными, а ведь этот театр в 50--70-е годы не только «ковал кадры» режиссуры, но и выпестовал звезд театра и кинематографа -- вспомним покойных Леонова, Глебова, Урбанского, Глазырина, ныне здравствующих Коренева, Варлей, Филозова, Бочкарева, Полякову. Сегодня же театр, находящийся в центре центра Москвы, скатился до уровня окраинного где-нибудь в спальном районе Иваново-Петрово, завлекающего зрителя заманчивыми заглавиями вроде «Трах-бах, или Юбилей у Чарли».

Предыдущее антрепризно-фестивальное десятилетие в основу существования театра положило единственный принцип: деньги даются один раз, и их надо прокрутить и откатить так, чтобы не было больно за мучительно прожитую жизнь (надо ли оговариваться, что речь идет не о самих идеях антрепризы или фестиваля, в которых нет ничего, избави бог, зазорного, как и в труде людей, работающих на осуществление этих идей). Давно ведь сказано: «Законы святы, да исполнители -- лихие супостаты». Возможно, когда-нибудь будущий историк русской культуры напишет о том, как общий принцип «украсть и убежать» отражался и на театральной экономике 90-х годов, только театр не газ, не нефть и не алюминий -- куда конь с копытом, туда и рак с клешней.

А ростки нового и обнадеживающего тем не менее появляются (впрочем, сколько раз за последнее десятилетие мы вглядывались в подобные ростки, надеялись и разочаровывались -- ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад, вспомним дискуссии двадцатилетней давности о «новой волне в драматургии», оказавшейся на самом деле не «волной», а «рябью», или восторги пятнадцатилетней давности по поводу «режиссерских мастерских», участникам которых стать Мастерами не позволили размеры дарования, а стать ремесленниками -- амбиция и самолюбие). И все же... Волна не волна, а новые серьезные пьесы пишутся. Складывается поколение режиссуры и с естественной для начинающих страстью к самовыражению, и с пробуждающимся вниманием к слову и актеру -- вот только побольше бы вкуса, культуры и скромности в интервью. А уж с чем в России последние лет 200--250 всегда было хорошо или очень хорошо, так это с актерами... Ведь если только взять последние годы, и только женщин, и только в Москве... От меленького чуда божьего Чулпан Хаматовой и далее, почти каждый год -- П. Агуреева, О. Железняк, Е. Климова, И. Леонова, Н. Курдюбова, вплоть до совсем юных дебютанток П. Рашкиной и А. Урсуляк... Целая труппа -- пиши, ставь, играй, смотри...

Все есть на московской театральной афише -- от «Синей птицы» начала прошлого века до «Сладкоголосой» начала нынешнего. А для того, чтобы узнать, какие из сегодняшних птиц ловчие, а какие певчие, и есть ли у нас Станиславский или Вахтангов, Любимов или Товстоногов, много времени не понадобится. Остается утешиться афоризмами старшего современника создателя «Синей птицы»: «Чужды и презренны мне люди настоящего, к которым еще так недавно влекло меня мое сердце; изгнан я из страны отцов и матерей моих. Так осталось мне любить лишь страну детей моих, неоткрытую, в дальнем море; к ней направляю я мои паруса, ее ищу и ищу без конца».
Борис ЛЮБИМОВ

  КУЛЬТУРА  
  • //  30.04.2003
Михаил Пиотровский выступил в роли талантливого продюсера
Пресс-конференция, которую директор Эрмитажа Михаил Пиотровский провел в медиацентре газеты «Известия», превратилась в роскошный рекламный ролик. Отличная режиссура, прекрасная драматургия, правильно выдержанные паузы, богатый визуальный ряд -- эффект воздействия на московскую журналистскую братию был просчитан до микрона. И получилось. Анонсированный Михаилом Пиотровским блокбастер «Юбилей наступает -- Эрмитаж отвечает» завладел умами и сердцами собравшихся. От роя смутных и сильных образов, пробужденных речью директора главного музея российской империи, кружилась голова. Казалось, «минута, и стихи свободно потекут»! -- даже у журналистов ежедневных газет... >>
  • //  30.04.2003
В Кремле открыта выставка пасхальных подарков
Яички не простые, а золотые, фарфоровые, каменные дарили на Пасху последние российские самодержцы Александр III и Николай II. Самые изысканные, со сложными сюрпризами безделицы заказывали для жены и матери. Постепенно стали эти яйца символом России -- ее былого величия (где даже игрушки -- роскошны), чудовищного краха (рассыпалось все в осколочки) и упоительных сожалений о былом. Отчужденные от милых домашних праздников в музейные коллекции и сокровищницы миллионеров, интимные подарки императоров, искусно сработанные лучшими мастерами из драгоценных материалов, осознаются теперь сокровищами, сравнимыми с главными ценностями империи. Они безумно дороги и любимы народом -- здешним и нездешним, охотно выстраивающимся в очереди, чтобы лицезреть пасхальные яйца Фаберже как истинное чудо света... >>
  • //  30.04.2003
В Новом драматическом театре сыграли спектакль Elsinore
При знакомстве Андрей Прикотенко, недавний выпускник ЛГИТМиКа, поставивший «Царя Эдипа» (один из любимейших питерских спектаклей прошлого года, даже получивший спецприз на недавней «Золотой маске»), оказался так же энергичен, весел, нахален и обаятелен, как и его спектакль. Сразу после «Маски» Прикотенко выпускал в московском Новом драматическом театре свою первую столичную премьеру -- «Гамлета», назвав его Elsinore. Андрея нимало не смущала участь районного театра у окружной дороги, которая любому режиссеру Нового драматического кажется главной угрозой успеху. Режиссер перед премьерой был непривычно беспечен и хвастал, что в театре много отличных молодых актеров: «Вот увидите, они все очень скоро прославятся». На первые спектакли пришло столько критики, сколько давно не видел Новый драматический. Вспоминая веселого подросткового «Эдипа», предвкушали удовольствие... >>
  • //  30.04.2003
На апрельской московской афише значится спектакль, который мог еще видеть Государь Император Николай II, -- поставленная Станиславским «Синяя птица». Председатель Совнаркома Ленин (Ульянов) мог видеть «Принцессу Турандот» в Театре имени Вахтангова. Трудно вообразить, а все же попытаемся -- генеральный секретарь ЦК КПСС и председатель Совета министров СССР Сталин идет с внуком в Театр имени Пушкина на спектакль «Аленький цветочек», не сходящий со сцены по сию пору. Первый секретарь ЦК КПСС и председатель Совета министров СССР Хрущев вполне мог еще до лишения этих постов посмотреть «Добрый человек из Сезуана» на Таганке. А уж генеральный секретарь ЦК КПСС, а впоследствии -- председатель президиума Верховного Совета СССР Брежнев, если был бы сейчас жив, мог бы просто не вылезать из московских театров, любуясь на спектакли, поставленные при его жизни... >>
реклама

  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ