N°1
09 января 2002
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ЗАГРАНИЦА
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
  ПОИСК  
  • //  09.01.2002
Гоголь в гостях у Уайлдера
На Новой сцене МХАТ появились «Старосветские помещики»

версия для печати
Недавний выпускник курса Петра Фоменко Миндаугас Карбаускис в начале сезона весьма удачно поставил в «Табакерке» малоизвестную одноактовку Торнтона Уайлдера «Долгий рождественский обед». Воодушевленный этим дебютом, Олег Табаков выделил ему от своих щедрот еще более престижную площадку -- Новую сцену МХАТ. Здесь молодой режиссер взялся за Гоголя.

Между русским и американским классиками трудно обнаружить хоть что-то общее, но Карбаускис обнаружил. Его мхатовская премьера окутана той же тихой, безысходной грустью, что царила в спектакле по Уайлдеру. Изменился лишь антураж. Провинциальная Америка превратилась в малороссийскую глубинку, а бесконечно плодящиеся и размножающиеся герои «Рождественского обеда» -- в бездетных Пульхерию Ивановну и Афанасия Ивановича. Никаких из ряда вон выходящих событий в обоих спектаклях не происходит. Кроме единственного и последнего -- смерти. У Уайлдера это обстоятельство становится внешним сюжетом. Его пьеса -- бесконечная череда рождений и умираний. К героям едва успеваешь привыкнуть, а они уже уходят в небытие, и этот естественный ход вещей пугает именно своей естественностью -- против него невозможно восстать. У Гоголя все иначе. Не смерть как таковая страшит автора, но исчезновение бесхитростного и благостного мира с его укладом, нравами, привязанностями. Тишайшему Афанасию Ивановичу, так и не сумевшему унять печали по покойной жене, противопоставлен в повести буйный нравом молодой человек, несколько раз пытавшийся уйти из жизни после смерти возлюбленной, но потом утешившийся и нашедший ей замену. Старосветские привычки по Гоголю сильнее страстей. В безгрешной и обыденной жизни больше поэзии, чем в леденящих душу романтических сюжетах.

Карбаускис меняет акценты. Полина Медведева и превосходный комический артист Александр Семчев играют у него не старосветских стариков, а просто семейную пару, живущую в гармонии с миром. В самом начале представления Пульхерия Ивановна поливает узоры на гобеленовой жилетке своего мужа, а тот млеет от удовольствия, словно это настоящие цветы, растущие из его собственного тела. Если уж кто и противопоставлен в спектакле этой сладкой парочке, так не дальний родственник («страшный реформатор»), положивший после смерти героев конец их патриархальному быту, а собственная челядь. В «Долгом рождественском обеде» смертью, косящей многочисленных персонажей, оказывалась простая служанка, подающая на стол и -- что особенно впечатляло -- нянчащая детей. В облике и поведении «старосветской» челяди нет поначалу никакой зловещести. Дворовые девки и комнатный мальчик разыгрывают у Карбаускиса интермедии (среди них есть даже классическое для комедии дель арте лацци с мухой), изображают упоминаемых в тексте гусей, тихонько подворовывают, дурачатся -- в общем, являют собой радость жизни. Но они же оказываются и равнодушными могильщиками, засыпающими землею свою хозяйку и бесцеремонно начинающие управлять домом после ее кончины. Бездна смерти не может их ужаснуть, ибо им не явлена полнота жизни. Они относятся ко всему функционально: проголодался -- накормим, умер -- похороним.

Пульхерия Ивановна и Афанасий Иванович одним своим прикосновением одушевляют окружающие их вещи -- все эти горшочки с вареньем и маринованными грибами, старые портреты, шкафчики и кладовые, которые по одному их слову вырастают на сцене словно из-под земли. Челядь к живому человеку относится как к вещи. С безжизненно застывшего после смерти жены Афанасия Ивановича девки то пыль обмахнут, то используют его как подставку. А ключница Явдоха (Юлия Полынская) кормит барина сухарями, закидывая их в рот, как Щелкунчику орехи. Земной Эдем, в котором жили гоголевские герои, они превращают в жизнь как таковую. Гобеленовую жилетку снимают и прячут. В финале за Афанасием Ивановичем приходит на пуантах воздушная и уже во всех отношениях неземная Пульхерия Ивановна и уводит его за собой. Но куда? В иной ли Эдем? Или просто в черную бездну, о которой цинично-жизнерадостные слуги и думать не желают.

Оба спектакля Карбаускиса смотрятся как диптих. В мировоззренческом смысле весьма неутешительный, в собственно сценическом -- пока ученический. Следуя принципам литовского театра, он стремится всему придать символическое измерение. Иногда это получается здорово (после смерти Пульхерии Ивановны челядь моет пол, и Афанасий Иванович, восседая на тумбочке, катится по этому мокрому черному полу, словно пытается вслед за женой переплыть Стикс), иногда несколько нарочито (уж чего только не символизируют многочисленные тарелки, которые то и дело разбивают раздухарившиеся девки). Но если талант Карбаускиса, в наличии которого нет оснований сомневаться, окрепнет, можно надеяться, что именно он станет первым режиссером, сумевшим соединить фоменковскую школу искрометного лицедейства с метафорической традицией литовского театра. Театральный критик о таком симбиозе может только мечтать.
Марина ДАВЫДОВА

реклама

  ТАКЖЕ В РУБРИКЕ  
  • //  09.01.2002
На Новой сцене МХАТ появились «Старосветские помещики»
Недавний выпускник курса Петра Фоменко Миндаугас Карбаускис в начале сезона весьма удачно поставил в «Табакерке» малоизвестную одноактовку Торнтона Уайлдера «Долгий рождественский обед». Воодушевленный этим дебютом, Олег Табаков выделил ему от своих щедрот еще более престижную площадку -- Новую сцену МХАТ. Здесь молодой режиссер взялся за Гоголя... >>
  • //  09.01.2002
С 8 по 11 января 2002 года в Казани проходят заседания президиума Союза музеев России. Программа работы президиума предусматривает знакомство с музеями Казани и Чистополя, посещение Раифского Богородицкого мужского монастыря и храма Всех Религий, участие в открытии выставки «Памятники мусульманского искусства из собрания Государственного Эрмитажа и музеев Татарстана» и научном симпозиуме «Исламское искусство в Волго-Уральском регионе в общероссийском контексте». Особый статус мероприятиям придает участие в них президента Союза музеев России, директора Государственного Эрмитажа Михаила Пиотровского... >>
  • //  09.01.2002
В канун старого Нового года объявят своих лауреатов российские кинокритики и журналисты. За «Золотой овен» в этом году соревнуются четыре фильма, в том числе один украинский -- «Второстепенные люди» Киры Муратовой... >>
  • //  09.01.2002
О конкурсной программе Берлинского кинофестиваля
Стали известны первые подробности конкурсной программы 52-го Берлинского фестиваля, который пройдет с 6 по 17 февраля. Окончательно программа будет объявлена 29 января, однако сейчас уже известны девять фильмов, которые будут бороться за золотых и серебряных «Медведей». Председателем жюри будет индийский режиссер Мира Наир, удостоенная на прошлом Венецианском фестивале «Золотого льва» за фильм «Свадьба в сезон дождей»... >>
  • //  09.01.2002
Даже те, кто далеки от мира высокой моды, знают о том, что в минувший понедельник закончилась целая эпоха. «Я созвал вас, чтобы сообщить важное известие, оно касается моей профессиональной жизни и моей профессии...» Начав с этих слов свою первую в жизни пресс-конференцию, знаменитый кутюрье Ив Сен-Лоран заявил о том, что он уходит из высокой моды и закрывает дом «Ив Сен-Лоран», свою марку. Что заставило великого модельера, первым создавшего марку «прет-а-порте» -- моды для всех, -- сделать это? Об это парижскому корреспонденту газеты «Время новостей» Кириллу ПРИВАЛОВУ рассказывает француженка русского происхождения Екатерина ПЕРЦОВА. >>
  • //  09.01.2002
«Эксперимент» Оливера Хиршбигеля на экранах Москвы
Объявление в газете сулит четыре тысячи марок: медицинский центр набирает добровольцев для участия в научном опыте. На две недели их поместят в условия настоящей тюрьмы. Одним уготовано быть заключенными, другим -- надзирателями: психологические тесты определили, кому достанутся форма, наручники и резиновые «демократизаторы», а кому просто долгополая рубаха с номером на груди. То, что произойдет дальше, понятно еще до того, как фильм начнется... >>
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Реклама