N°172
19 сентября 2005
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ОБЩЕСТВО
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  
  ПОИСК  
  ПЕРСОНЫ НОМЕРА  
  • //  19.09.2005
Сергей Хачатуров
Бегущая строка
Выставка «Россия!» в Нью-Йорке

версия для печати
На пресс-конференции по поводу открытия в нью-йоркском Музее Соломона Р. Гуггенхайма выставки «Россия!» случилась небольшая полемика между председателем Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаилом Швыдким и директором Музея Соломона Р. Гуггенхайма Томасом Кренцом. В своей речи Швыдкой назвал содержание выставки хрестоматийным и в этом отметил ее достоинство не только для американцев, но и для россиян. Ведь полезно иногда увидеть собственную историю в «обнимающем контуре» гуггенхаймовской спирали! Томас Кренц хрестоматийной выставку не считает и акцентирует тот факт, что многие шедевры привезены в Америку впервые.

Каждый прав по-своему. Организованный крупнейшими институциями двух стран -- Фондом Соломона Р. Гуггенхайма, Федеральным агентством по культуре и кинематографии, Русским музеем, Третьяковской галереей, Государственным Эрмитажем, выставочным центром РОСИЗО -- и подготовленный благотворительным фондом Владимира Потанина при спонсорском участии фонда Alcoa и компании «Синтезнефтегаз» проект «Россия!» замечателен тем, что напрочь лишен дешевой сенсационности. (К слову, стоит 4 млн долл.). Справедливо заметили американские критики, «Россия!» достойна восклицательного знака хотя бы потому, что не яйцами Фаберже в очередной раз удивить всех захотела, что не курьезом, а нормой представить себя решила.

Что американцы знают об искусстве России? Только то, что конвертируется на мировом художественном рынке. Ну авангард, ну Айвазовского, ну -- если повезет не только с деньгами, но и с интеллектом -- иконопись. Остальная территория -- terra incognita. Сверхзадача «России!» -- представить историю нашего искусства как процесс и тенденции. Выставка с ней справилась. Кураторы -- директора крупнейших российских музеев -- отобрали произведения от XII до XXI века, являющиеся, по их мысли, вехами в истории отечественного искусства. Эти главные, с их точки зрения, шедевры закрутили в пространство-спираль Музея Соломона Р. Гуггенхайма. Надо сказать, что о чудесной архитектуре нью-йоркского музея слышали все, но имеют представление немногие. Автор музея -- патриарх модернизма Фрэнк Ллойд Райт. Он распорядился пространством гениально просто: создал единый световой колодец с обходной галереей по диаметру. Ступаешь на пандус-трап на дне колодца и двигаешься по нему беспрерывно, ярус за ярусом, уровень за уровнем. И смотришь все время направо, туда, где в маленьких перегородчатых нишах висят картины или стоят скульптуры. Время от времени можно заходить в боковые коридорчики, там отдельные залы с экспозиционными темами-комментариями.

«Странные» (в смысле посвященные культурным эпохам в жизни разных стран) выставки в Музее Гуггенхайма потрафят людям с разной философской ориентацией. Исторические оптимисты, к коим можно отнести марксистов и прочих левых, пойдут снизу вверх, и для них современность (в нашем случае -- видео с Мамышевым--Монро в образе Штирлица и его жены; в этот экран упирается вся спираль музея) станет искомым пунктом саморазвития духа. Для исповедующих эсхатологический принцип движения времени лучше двигаться в обратном направлении, сверху вниз. Древнерусская иконопись станет для них отрадой и утешением.

А если стоять, облокотившись о парапет спирали, все периоды истории российского искусства проносятся перед глазами бегущей строкой или цифрами в настенном календаре. Дизайнер выставки Жак Гранж постарался, чтобы каждая картина или предмет воспринимались стереоскопично, не проваливались в глубину галереи, а из нее выходили. Иконы уважили отдельным, открытым в главное пространство залом. Там они отлично смотрятся на черном бархатном фоне, а «Деисус» школы Дионисия из Кирилло-Белозерского монастыря сверкает и с первого яруса, и со второго. Очень деликатно, в нежный салатовый тон подцвечены стены, где расположена живопись XVIII--XIX веков. В каждом компартименте обычно не больше трех-четырех картин. Ритм выдержан хорошо. Смотреть комфортно. Большие полотна, например «Бурлаки на Волге» Репина или «Девятый вал» Айвазовского, занимают отдельные зальчики. Такая же привилегия и у тех мэтров, которые историю искусств не представляют, а творят. Александр Иванов присутствует семью этюдами в отдельном компартименте. В центре -- маленькое «Явление Христа народу» из Русского музея. Очень стерильно, даже пастеризованно выглядит раздел авангарда. Извлеченные из битвенного контекста десятых-двадцатых годов супрематические композиции Малевича вдруг напоминают объекты модного дизайна. Кроваво-красного фона удостоился соцреализм, загнанный в отдельный аппендикс. Вознесшиеся к стеклянному своду работы концептуалистов (в том числе «Человек, улетевший в космос» Ильи Кабакова) тоже впечатаны в выставку отдельной главой-зальчиком.

Что же за образ России получается такой вот бегущей строкой? В первой восторженной рецензии газеты «Нью-Йорк таймс» критик Роберта Смит справедливо заметила, что в спирали Гуггенхайма переплетены две темы: история России и история искусства. Было бы хрестоматийно, если бы, учитывая нашу привязанность к наррации, художественные работы «батрачили» бы на историческую, политическую и прочую «повествовательную» конъюнктуру. Приятной неожиданностью стало то, что победу одержала все-таки история искусства.

Собственно образ России, как он складывается из выбранных шедевров, оказался каким-то таким импрессионистически-размытым. В Средние века Бога мы истово славили. Были у нас потом нарядные императоры и их нарядный двор (портреты работы Растрелли, Левицкого, Рокотова, Боровиковского, Кипренского). В красивых старинных городах и усадьбах живали (работы Алексеева, Сороки, Щедрина). Народ у нас был простой, но здоровый и счастливый (крестьяне Венецианова, «Взятие снежного городка» Сурикова). Ну случались, конечно, и злоупотребления (по большей части алкоголем -- работы Федотова, Перова, Владимира Маковского). Ну и социальная несправедливость имела место быть («Бурлаки» Репина), и войны (Верещагин). Но всегда на страже общественного самосознания стояла замечательная интеллигенция (работы Серова, Ярошенко, Ге, Перова, Репина, Крамского). Дух народа сберегала религия (Михаил Нестеров), а эстетическое чувство облагораживалось благодаря сердечному общению с природой (Левитан, Куинджи, Серов, Шишкин). Потом как-то так резко художников вообще ничего, кроме формальных поисков, интересовать не стало (авангард), и о социальной жизни можно только догадываться: художники экспериментируют всласть, у них есть досуг и деньги -- это хорошо, но миметическая традиция не в чести, верно, общество возбуждено. Затем, судя по картинам соцреалистов, наступила эра больших государственных, общественных строек и кратковременный период здорового эстетического консерватизма. А далее мы над этими стройками начали смеяться и ерничать (соцарт, московский концептуализм) и снова перешли к формальным экспериментам.

В общем, как-то так отражена российская история в истории искусств на выставке «Россия!». Никакого сенсационного образа не родилось. Самые звучные и скандальные полотна (того же Сурикова про Меншикова, расстрел стрельцов, боярыню Морозову) благополучно остались дома. И вышла история из общих мест. Она могла приключиться с какой угодно европейской страной -- хоть с Польшей, хоть с Данией, хоть с Чехией или Словакией. И когда бегущая историческая строка читается мутно, утешаться, слава богу, остается лишь историей искусства. И тут все получилось. Музейные сотрудники постарались на славу и выбрали действительно выдающиеся шедевры, позволяющие проследить смену стилей как процесс со своими интригами, не менее, кстати, захватывающими, чем на поле социальной истории. А комната-глава «Александр Иванов», с сопроводительным текстом от профессора Алленова в каталоге, поднимает нашу историю искусств на такую высоту жизни духа человеческого, до которой политике не добраться ни в жисть. Совсем уж рафинированный искусствоведческий ход кураторов -- решение украсить выставку бонусами, вставными новеллами. Где-то на уровне XVIII века в отдельном зальчике можно разузнать про деятельность императоров на ниве коллекционирования (вещи привезены из Эрмитажного собрания). А аккурат между передвижниками и авангардом вставлен зальчик с историей и картинами из коллекций купцов Сергея Щукина и Ивана Морозова (работы импрессионистов и постимпрессионистов от Моне до Пикассо). И родился закономерный вывод: появление русского авангарда имеет причины не какие-то там политические, а чисто художественные -- нас познакомили с новой школой, и нам понравилось. Кстати, именно такие артифицированные смыслы «прочитала» в «России!» г-жа Смит. В картинах она ищет прежде всего рифмы и аллюзии из мира искусства. Репин у нее вдохновлен Рембрандтом. Верещагин с символическим молебном над полем погибших -- прерафаэлитами, а композитор Лурье с портрета Петра Митурича 1915 года предвосхитил самого Уорхола!

В коем-то веке нам позволили неангажировано, пусть и бегущей строкой, посмотреть на историю русского искусства и эту историю оценить! Без сенсации, но победа!

Подписи:

1. Едва родившись, выставка «Россия!» стала частью американской артиндустрии

2. Так выглядит «бегущая строка» Фрэнка Ллойд Райта в Музее Соломона Р. Гуггенхайма
Сергей ХАЧАТУРОВ, Нью-Йорк -- Москва
//  читайте тему  //  Выставки


  КУЛЬТУРА  
  • //  19.09.2005
Сергей Хачатуров
Выставка «Россия!» в Нью-Йорке
На пресс-конференции по поводу открытия в нью-йоркском Музее Соломона Р. Гуггенхайма выставки «Россия!» случилась небольшая полемика между председателем Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаилом Швыдким и директором Музея Соломона Р. Гуггенхайма Томасом Кренцом... >>
//  читайте тему:  Выставки
  • //  19.09.2005
Михаил Циммеринг
Петр Мамонов рассказал притчу о безумных
Новая фишка концертной жизни Москвы -- мероприятие под названием «Красивые вечера у Гоголя», смесь концерта и творческой встречи. На сцене Театра им. Гоголя артисты общаются с публикой, как в старые времена: записки на фирменных открытках отправляются на сцену, там их читают и на них отвечают... >>
//  читайте тему:  Музыка
  • //  19.09.2005
Кино нового времени в конкурсе открытого фестиваля стран СНГ и Балтии «Киношок»
Пытаясь в новых условиях сохранить тлеющий огонек былой общности бывшего Союза, «Киношок» много лет был смотром фильмов для архива. Старые студии годами занимались долгостроем, который при показе оставлял впечатление чудом сохранившихся стратегических запасов советского многонационального искусства... >>
//  читайте тему:  Кино
реклама

  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ