Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев может предстать перед американским судом. Пока в качестве свидетеля. Это стало очевидно 6 сентября 2002 года, когда федеральный судья Нью-Йорка Дэнни Чин принял решение по делу М 11-189, фигурантами которого являются г-н Назарбаев, члены его семьи, бывший премьер-министр Балгимбаев, а также гражданин США Джеймс Гиффен, в начале 90-х годов ставший ближайшим советником казахстанского президента.

Судья Чин поддержал предъявление повестки, выданной два года назад департаментом юстиции США, согласно которой присяжным американского суда должен быть представлен весь объем документов -- как изученных, так и еще не полученных следствием. Это 300 тысяч листов, часть из которых находится в распоряжении властей Казахстана.

«Казахгейт» возник около трех лет назад, когда следственные органы Швейцарии начали искать по запросу из Астаны зарубежные счета политического оппонента г-на Назарбаева -- экс-премьера Акежана Кажегельдина. Для официальной Астаны это расследование обернулось скандалом -- вместо золота Кажегельдина в швейцарских банках обнаружились секретные счета, принадлежавшие членам высшего руководства Казахстана.

Расследование показало, что при посредничестве Гиффена американские нефтяные компании Mobil и Amoco переводили на эти счета десятки миллионов долларов за право разрабатывать богатые месторождения Казахстана. Швейцарское правосудие заморозило эти счета, а когда вмешались нанятые Астаной адвокаты, было уже поздно: «Казахгейтом» занялись американцы, наложившие запрет на разблокирование обнаруженных счетов. Департамент юстиции США обвинил г-на Гиффена в нарушении закона об иностранной коррупции, согласно которому дача взятки иностранному государственному деятелю американской компанией или предпринимателем является преступлением.

Решение федерального судьи Чина означает радикальный поворот в расследовании «Казахгейта». Судья потребовал от всех, кто в нем замешан, представить Большому жюри Нью-Йорка документы, раскрывающие обстоятельства этого дела.

В Астане до сих пор делали все возможное, чтобы не допустить такого развития событий. Американские адвокаты г-на Назарбаева требовали исключить из рассмотрения Большого жюри документы, касающиеся президента, членов правительства и их родных. Они ссылались на то, что по закону «о первом президенте Казахстана» такая информация представляет государственную тайну. По сути, Астана настаивала на судебном иммунитете главы государства. Лоббистские структуры, работавшие в США по поручению казахстанского руководства, обращались также в госдеп США и другие ведомства, уверяя высоких американских чиновников, что подозрение о причастности президента Назарбаева к коррупции оскорбительно для Казахстана и приведет к ухудшению его отношений с США.

Усилия оказались тщетными. Судья Дэнни Чин ответил, что «иностранное правительство, подозреваемое в получении взяток от американских компаний, не может иметь иммунитета». Он также отметил, что подобный отказ в иммунитете касается не только иностранных граждан, но и высших должностных лиц США. Апеллируя к существующему в США прецедентному праву, судья сослался на скандальное дело «Уотергейт», которое привело к отставке президента Никсона в 1974 году. Тогда суд решил, что американское правосудие выше интересов одной из ветвей государственной власти страны, и позволил допрашивать ближайших советников Никсона. А протесты его адвокатов, что это приведет к раскрытию государственных секретов, были отклонены. Такой вердикт, по мнению судьи Чина, относится и к привилегиям иностранных государственных деятелей, которые не имеют приоритета по отношению к исполнению американских законов.

Судья Чин отказался пойти на юридическую сделку, предложенную нанятыми Астаной адвокатами, -- американский суд делает уступки властям Казахстана, а они в свою очередь обещают властям США или компаниям этой страны в будущем свою лояльность. Казахстанские должностные лица, специально приезжавшие в Нью-Йорк, чтобы повлиять на решение федерального судьи, вернулись домой с плохой новостью.

В самом Казахстане эти недобрые для г-на Назарбаева вести остаются неизвестными широкой публике. Только одна газета в провинциальном Атырау осмелилась дать об этом информацию. Страна ведь уважает закон о своем «первом президенте».