N°239
27 декабря 2002
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ПРОИСШЕСТВИЯ
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 СДЕЛКИ ГОДА
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 АФИША
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
  ПОИСК  
  • //  27.12.2002
СДЕЛКИ ГОДА
версия для печати
Сделки с участием государства в 2002 году, безусловно, лидировали по степени внимания деловой прессы. Тремя из них -- продажей «Славнефти», ЛУКОЙЛа и Восточной нефтяной компании -- власти заработали почти 3 млрд долл. Поэтому трудно спорить с тем, что человеком года в сфере передела собственности стал официальный продавец государственных активов, глава Российского фонда федерального имущества Владимир МАЛИН.

Этот статус г-н Малин получил не без борьбы. «Каждый продавец хочет получить за свой товар побольше, каждый покупатель -- заплатить поменьше» -- таков едва ли не официальный комментарий Кремля по поводу недавней продажи «Славнефти». На практике же эта философская сентенция выливается для госчиновников в столь скрупулезную подготовку к торгам, что кажется, со времени залоговых аукционов прошло не семь лет, а целая вечность. Усовершенствовались и технологии, в результате которых потенциальные покупатели сбивают цену продаваемого имущества. Управлявший ВНК в последние годы ЮКОС, например, так перераспределил активы компании, что для всех остальных желающих она утратила привлекательность. Трехмесячное противоборство г-на Малина с ЮКОСом (для убедительности глава РФФИ показывал всем модель буровой установки -- вот что «выведено» из ВНК) привело к тому, что активы были возвращены в ВНК, но конкуренции на аукционе так и не получилось. Компания Михаила Ходорковского приобрела остатки ВНК по цене, немногим превышавшей стартовые 225 млн долларов.

Подготовка к продаже «Славнефти» вообще носила детективный характер: кому могло прийти в голову, что инициированное главой государства увольнение президента госкомпании Михаила Гуцериева приведет к появлению на политической сцене Минияза Мингалиева -- таинственного уфимского акционера «Славнефти», способного через суд опротестовать решение властей? И к тому же информировать общественность о своей позиции путем скупки полос в центральных газетах для публикации своей точки зрения? Неформальный альянс г-на Гуцериева с менеджерами Межпромбанка и государственной «Роснефти» делал расклад сил вполне прозрачным, но это лишь обещало продолжение борьбы. Ожидания оправдались: на финальном этапе подготовки к аукциону госкомпания «Роснефть» снова дала бой государству, объявив о намерении купить у него акции «Славнефти». Тем не менее РФФИ не допустил к торгам «родственников» «Роснефти», за что глава компании Сергей Богданчиков теперь угрожает Владимиру Малину судом.

Обе сделки сопровождались активным пиаром на тему о том, что государство, как всегда, продешевило. Критики, как правило, забывают, что на каждом аукционе устанавливается стартовая цена -- цена, за которую государство фактически согласно этот актив продать. Понятно, что государство -- не обычный продавец и не может брать эту цену, что называется, «с потолка». Оно может лишь так рекламировать товар, чтобы инвестор заплатил как можно больше и не пожалел об этом.

И в этой сфере происходит очевидный прогресс. Подготовка к беспрецедентной продаже на Лондонской фондовой бирже шестипроцентного пакета акций ЛУКОЙЛа предполагала гигантскую работу по повышению прозрачности компании, выполнению стандартов западного инвестиционного рынка, наконец, выбор момента, когда рынок находился бы на пике интереса к нефтяному сектору и пике доверия к ЛУКОЙЛу. Все это продавцу удалось, и, что любопытно, по поводу этой сделки претензий в том, что РФФИ продешевил, не возникло.


Крупнейшие российские бизнесмены объединились для финансирования телеканала ТВС. Прежде столь широкая коалиция собиралась только для поддержки какого-либо кандидата на президентских выборах. Однако закрытие ТВ-6 заставило Романа Абрамовича и Анатолия Чубайса, Олега Дерипаску и Олега Киселева, Александра Мамута и Андрея Мельниченко, Юрия Шефлера, Игоря Линшица и Александра Абрамова сплотиться для финансирования нового телеканала. Для прочности союза Кремль укрепил его еще парой «политических тяжеловесов» -- главой РСПП Аркадием Вольским и президентом ТПП Евгением Примаковым. Впрочем, это не помогло: спустя всего три месяца полностью подтвердились прогнозы проигравших соискателей «шестой кнопки» о том, что мир (или совместный бизнес) между акционерами ТВС невозможен.

Акционеры канала довольно быстро поняли, что их не устраивает качество менеджмента на ТВС, и в сентябре уволили гендиректора Александра Левина. Однако о его преемнике две «естественные» группировки (одна -- под началом г-на Абрамовича, другая -- под началом г-на Чубайса) договориться не смогли. Каждый олигарх полагал, что именно его финансовые, моральные и административные инвестиции в канал должны иметь отдачу в виде «своего» гендиректора. Тем более что первоначальный капитал в 40 млн долл. уже был израсходован и требовались новые вложения. Дальнейшие события хорошо известны. В отсутствие гг. Абрамовича и Дерипаски гендиректором ТВС был назначен Олег Киселев, а спустя три месяца его сменил представитель «Базового элемента», бывший глава радио «Максимум» Руслан Терекбаев. Решающим фактором стало то, что некоторые акционеры передали свои пакеты в управление г-ну Абрамовичу, и союзники Анатолия Чубайса в совете директоров остались в меньшинстве. Мораль: олигархам действительно трудно ужиться вместе, а Анатолий Чубайс уважает права акционеров. Правда, если акционеры мажоритарные.




Холдинг СУАЛ (Сибирско-Уральская алюминиевая компания) завершил раздел алюминиевой промышленности России, купив в ноябре активы последнего независимого игрока -- компании «Севзаппром». В целом консолидация отрасли закончилась уже к 2000 году: семь из одиннадцати заводов вошли в «Русский алюминий», а Иркутский, Уральский, Богословский и Кандалакшский алюминиевые заводы были объединены в рамках Сибирско-Уральской алюминиевой компании. Обе компании контролировали 92% производства первичного алюминия и 95% глинозема в России. Оставшиеся мощности -- Волгоградский и старейший в стране Волховский алюминиевые заводы, а также ОАО «Пикалевское объединение «Глинозем» летом этого года вошли в холдинг «Севзаппром». Их доля на рынке относительно невелика (170 тыс. тонн алюминия и 240 тыс. тонн глинозема), но для консолидации алюминиевых мощностей более крупных компаний они были весьма интересны.

По условиям следки между СУАЛом и владельцами «Севзаппрома» холдинг приобретает оба алюминиевых завода и глиноземное производство, не уплачивая денег: акции СУАЛа будут обменены на ценные бумаги новых предприятий. Впоследствии будет создана объединенная компания СУАЛ, 18% акций которой перейдут под контроль бывших владельцев Волгоградского и Волховского алюминиевых заводов. По оценкам специалистов, такая форма сделки имеет смысл, если в будущем новые акционеры СУАЛа рассчитывают выгодно продать свои ценные бумаги. По предварительной оценке, стоимость такого пакета акций составляет около 100 млн долл., а его главным покупателем скорее всего станут структуры основателя и владельца СУАЛа Виктора Вексельберга.


Группа МДМ получила контрольный пакет Таганрогского металлургического завода, одного из крупнейших производителей труб в России (11% национального производства). Продолжавшийся почти два года имущественный спор на «Тагмете» завершился в сентябре 2002 года. А начался он осенью 2000-го, когда акционером завода стала компания «Альфа-Эко». К апрелю 2001-го «Альфа-Эко» уже аккумулировала блокирующий пакет и попыталась начать участвовать в управлении заводом. Однако против этого выступила команда менеджеров «Тагмета» во главе с гендиректором предприятия Сергеем Бидашом. В конце прошлого года отношения между «Альфой» и менеджментом предприятия, который поддерживали другие акционеры завода, обострились: стороны дошли даже до того, что стали обвинять друг друга в попытках хищения акций.

В нынешнем году, по самым скромным подсчетам, состоялось около дюжины собраний акционеров, в результате которых завод обзавелся двумя советами директоров и двумя гендиректорами -- конкуренцию Сергею Бидашу составил выдвинутый «Альфой» Александр Горшков. К марту «Альфа-Эко» довела свой пакет до 42% акций (17% было куплено у председателя совета директоров завода Владимира Вербы) и уже всерьез претендовала на управление заводом. Своеобразной кульминацией противостояния стали попытки «Альфы» в апреле этого года силой захватить заводоуправление -- тогда Сергею Бидашу пришлось выводить на баррикады рабочих предприятия.

Развязка наступила после того, как менеджменту предприятия оказал поддержку полпред президента России в Южном федеральном округе Виктор Казанцев, а тяжесть борьбы с «Альфой» сняла с плеч Сергея Бидаша дочерняя компания группы МДМ «Ринако». Она выкупила у менеджеров завода 54-процентный пакет акций. В течение пяти месяцев между «Альфой» и МДМ шел напряженный торг, и уже в сентябре МДМ сделала своим конкурентам предложение, от которого, по словам вице-президента «Альфа-Эко» Игоря Барановского, «трудно было отказаться». Сумма, за которую «Альфа-Эко» согласилась продать свой пакет акций, официально не разглашается, но, по всей видимости, речь идет о 25--45 млн долларов.


Главная несостоявшаяся сделка года -- объединение двух крупных независимых производителей газа, компаний «Итера» и «Новафининвест». Лишившись основных добывающих активов в России -- «Пургаза», Южно-Русского месторождения и «Роспана», президент «Итеры» Игорь Макаров, все еще имевший сильные позиции на платежеспособном рынке Свердловской области, а также в странах СНГ и Балтии, решился на сближение с компанией «Новафининвест». Она обладает значительными (порядка 2 тлрн кубов) запасами газа, а сбытовая структура «Итеры» позволила бы стать новой компании реальной силой на рынке. В мае Игорь Макаров и председатель совета директоров «Новафининвеста» Леонид Михельсон заявили, что подписали соглашение, в котором официально закрепили договоренность сторон о создании общего холдинга.

«Наполеоновские» планы разрушил «Газпром», который решил вслед за добычей отобрать у г-на Макарова и рынки сбыта. Сначала на роль оператора поставок газпромовского топлива в ближнее зарубежье был назначен «Межрегионгаз», а через некоторое время это направление отдали «Газэкспорту». Результат не заставил себя долго ждать. В конце октября, когда вроде бы никаких негативных новостей о состоянии отношений «Газпрома» и «Итеры» не было, Игорь Макаров и Леонид Михельсон скорректировали план объединения, отложив его на 2003--2004 год. Реально же это означало, что альянс распался. Совсем скоро выяснилась и причина этого -- «Газпром» перешел в активное наступление на позиции «Итеры» в СНГ и Прибалтике.

Серия ограничений поставок газа «Итеры» в Литву, Украину, Азербайджан, Узбекистан и Казахстан помимо задекларированного выбивания долгов имела и стратегическую цель. Концерн хотел показать, что никаких гарантий поставок газа «Итера» дать не может. И лучше иметь дело с самим «Газпромом». Неудивительно, что Украина отдала статус оператора поставок туркменского газа монополисту, хотя до сих пор это делала компания Игоря Макарова. Узбекский и казахстанский газ также будет идти через «Газпром». Чтобы окончательно «добить» «Итеру», концерну осталось только подписать соглашение с ее традиционной «вотчиной» -- Туркменией -- и выйти на рынок Свердловской области, что вполне может состояться уже в наступающем году.


Правительство России приобрело ВНЕШТОРГБАНК. Второй по величине госбанк России сменил в этом году все, что было возможно: и собственника, и руководство, и даже рекламу. Кроме того, ВТБ подыскали сразу нескольких стратегических инвесторов в лице Европейского банка реконструкции и развития, Международной финансовой корпорации и, возможно, ряда итальянских банков. Ближе к концу года судьба госгиганта стала определенной -- из ВТБ будут строить огромный (по российским меркам) и, что главное, универсальный банк с перспективами полной приватизации.

В июне этого года во Внешторгбанк из Внешэкономбанка перешел Андрей Костин, занявшийся переводом в свой новый банк коммерческого бизнеса ВЭБ. А в сентябре состоялась сделка, которой долго мешал бывший глава ЦБ Виктор Геращенко -- почти 100-процентный пакет ВТБ был передан Центробанком правительству в обмен на ОФЗ номинальной стоимостью 4,1 млрд руб. «Первый шаг сделан, мы готовы обсуждать следующие шаги по участию во Внешторгбанке», -- заявил после заключения сделки президент ЕБРР Жан Лемьер. Именно тогда стало ясно, что правительство сделало окончательный выбор в пользу универсализации своего лучшего банка, поскольку ЕБРР принципиально не инвестирует в кредитные организации, обслуживающие потребности государства.

Наконец совсем недавно намерения Европейского банка воплотились в конкретные дела -- группа экспертов J. P. Morgan и Ernst & Young начала по заказу ЕБРР deu diligence (оценку) ВТБ -- а к банку как к потенциальному инвестору (Жан Лемьер готов вложить в ВТБ до 300 млн долл.) присоединились IFC и итальянские банки Mediobanca и SAN Paolo. И хотя ряд российских аналитиков заявляют, что «затея иностранцев похожа на безумие», желающих купить немножко Внешторгбанка в 2003 году вряд ли станет меньше.


Олег Дерипаска и Александр Мамут стали собственниками «ИНГОССТРАХА» -- одного из лидеров российского страхового рынка. Еще осенью 2001 года около 84% акций страховщика (а также более 80% акций Автобанка, контрольные пакеты меткомбината НОСТА, СК «Ингосстрах-Россия», банка «Ингосстрах-Союз» и др.) в равных долях приобрели компании «Базовый элемент», Millhouse Capital и «Нафта-Москва». Впоследствии Millhouse Capital и «Нафта-Москва» из проекта вышли, и «Базовый элемент» стал его единственным участником.

Основным владельцем проданного бизнеса считался член наблюдательного совета Автобанка, председатель совета директоров НОСТА Андрей Андреев, который до сих пор оспаривает законность сделки и утверждает, что бизнес у него отняли. В течение года он трижды добивался ареста акций «Ингосстраха» и запрета на сделки с имуществом принадлежавших ему когда-то компаний. Последнее решение Пресненского районного суда о возобновлении запрета на сделки с недвижимостью «Ингосстраха», Автобанка и других структур обжаловано представителями «Ингосстраха» и «Базового элемента».

В июле этого года владелец «Базового элемента» Олег Дерипаска объявил, что сохранит за собой лишь 25% акций «Ингосстраха», а остальные доли предложит сторонним инвесторам. Дерипаска планировал создать на базе «Ингосстраха» мегастраховщика и среди своих вероятных партнеров называл Александра Мамута (председатель совета директоров ИК «Тройка Диалог»), а также владельцев страховых компаний «РЕСО-Гарантия» и МАКС. По мнению экспертов, владельцы «РЕСО-Гарантии», «Ингосстраха» и МАКСа должны были создать холдинг и передать в него пакеты акций своих компаний. Однако этого не случилось.

В октябре в ходе допэмиссии уставный капитал «Ингосстраха» был увеличен со 100 млн до 500 млн рублей. Решение об этом было принято на майском собрании акционеров компании, на которое миноритарный акционер Андреев не явился. Впоследствии бизнесмен безуспешно пытался через суд признать это собрание недействительным. 10 октября у компании появились новые акционеры: при размещении эмиссии по 15% акций получили четыре ООО -- «Бекар-Сервис», «Инвестиционная инициатива», «Новый капитал» и «Софт-Карат». Владельцем 17,8% акций стал лично Олег Дерипаска, а Александр Мамут подтвердил, что контролирует треть акций «Ингосстраха».


КОНВЕРСБАНК достался группе МДМ, а не «Альфа-Групп». Спор двух крупнейших российских частных финансовых корпораций вокруг бывшего опорного банка Минатома обошелся без «силовых» мер. Вместо этого были бесконечные суды, собрания акционеров (в том числе нелегитимные) и открытые письма атомщиков к власти. В итоге победила группа МДМ, а ее совладелец Андрей Мельниченко даже возглавил «Конверс» (затем в МДМ-банк перешли около 100 млн долл. клиентских средств «Конверса» и неплохой кредитный портфель). И в «Альфе», и в МДМ отмечают, что борьба за «Конверс» не сделала врагами ни акционеров, ни менеджмент банков. «У нас нормальная конкуренция и одновременно партнерские отношения», -- заявляет председатель правления МДМ-банка Владимир Рашевский.

Единственное, что теперь остается сделать Андрею Мельниченко, -- удачно продать Конверсбанк, как некогда Экспобанк, который как раз сейчас начинает вставать на ноги. Как утверждают в МДМ, цена сделки составит около 1,6 млрд руб., заложенных в собственный капитал «Конверса», а возможно и больше с учетом бренда крупного отраслевого банка. При этом главным претендентом на покупку называют небольшой Академхимбанк (АХБ) с собственным капиталом, впятеро уступающим капиталу «Конверса» (320 млн руб.). Интерес АХБ понятен (это и генлицензия «Конверса», и его имя, и, не исключено, часть финансовых потоков Минатома), серьезность намерений -- тоже. Так, недавно председатель правления «Академхима» Владимир Антонов стал зампредом правления Конверсбанка, что можно считать началом предынвестиционной оценки проекта. Впрочем, вопрос о том, готовы ли акционеры АХБ заплатить г-ну Мельниченко больше, чем они вложили в собственный банк, до сих пор остается открытым, а потому точка в одном из самых громких конфликтов в банковском бизнесе будет поставлена уже в следующем году.


«ГАЗПРОМ» сумел в этом году вернуть контроль над своей нефтехимической «дочкой» -- СИБУРом. И, соответственно, отобрать его у Якова Голдовского, которого удалось даже посадить в следственный изолятор. Судя по всему, фраза Владимира Путина, брошенная в ноябре 2001 года в Новом Уренгое Алексею Миллеру, -- о том, что, мол, будете ушами хлопать, у вас не только СИБУР уведут, -- не осталась без внимания.

Как говорили в старых фильмах, дело было так. Празднования Нового года - 2002 неожиданно оборвались сообщениями об аресте бывшего президента и совладельца компании, который под «крышей» «Газпрома» занимался постройкой на российской земле аналога концерну BASF. Его обвинили в попытке увода активов из СИБУРа и размывании доли «Газпрома» в холдинге. Причем взяли его сотрудники правоохранительных органов, как утверждают, прямо в приемной у нового главы газового монополиста Алексея Миллера. За решетку угодил и вице-президент компании по юридическим вопросам Евгений Кошиц, а задержанного тогда же ближайшего соратника Рема Вяхирева и по совместительству зампреда правления «Газпрома» и председателя совета директоров СИБУРа Вячеслава Шеремета быстро отпустили под подписку о невыезде. Гг. Голдовского и Кошица освободили совсем недавно, когда концерн вернул себе все активы и даже успел вывести нефтегазохимический холдинг из процедуры банкротства.

Новый президент СИБУРа Дмитрий Мазепин, возглавивший компанию летом, за несколько месяцев смог договориться со всеми кредиторами и вернул предприятия в нормальный ритм работы. Однако сделать это было чрезвычайно сложно: банки, контролирующие около 400 млн долл. из 2-миллиардной задолженности, не хотели идти на мировую, так как им предлагали пятилетнюю реструктуризацию. Больше всех обанкротить СИБУР хотелось Альфа-банку, настаивающему на немедленном возвращении кредитов на сумму около 80 млн долл. Но г-ну Мазепину протянул руку помощи «Газпром». Именно концерн взял на себя поручительства по реструктурированным долгам «дочки», обязался поставлять значительные объемы сырья и обеспечивал правоохранительные действия по окончательному возврату активов.

Реальную работу менеджмента все же можно будет оценить только по итогам следующего года, когда Мазепину со товарищи придется сделать из всего доставшегося хозяйства привлекательную для инвесторов, а возможно, и покупателей компанию. Только в случае продажи СИБУРа (или его части) за приличные деньги «Газпром» сможет «отбить» вложенные в него средства.


На московском рынке цемента произошел политический передел собственности. В сентябре компания «Интеко», близкая к жене московского мэра Елене Батуриной, приобрела 93,4% акций завода «Осколцемент» за 90 млн долл. у инвестиционной компании «Атон». Производственные мощности завода оцениваются более чем в 3 млн тонн цемента в год, что составляет половину годовой потребности московских строителей, любимых «детей» Юрия Лужкова. По оценкам некоторых экспертов, цена сделки «раза в два больше, чем этот актив стоит на самом деле», да и сам завод сейчас работает не более чем на две трети мощности. Тем не менее все наблюдатели сходятся во мнении, что супруга столичного градоначальника помогла строительному комплексу Москвы, который всегда был фундаментом политики г-на Лужкова.

Дело в том, что сразу несколько поставщиков цемента в Москву летом одновременно подняли цены на свой товар на 25--30%. Московские руководители тогда так рассвирепели, что обратились в федеральное антимонопольное ведомство, предполагая факт ценового сговора. В МАП газете «Время новостей» сообщили, что осенью дело было закрыто за недоказанностью сговора. Вероятно, проиграв этот эпизод, родственная столичному стройкомплексу компания и решила приобрести перспективный заводик. Правда, как говорят специалисты, чтобы вывести на проектную мощность «фактически лежащий на боку завод», придется потратить не меньше 40 млн долл. Но они, судя по всему, с лихвой окупятся: по «политическим причинам» вряд ли столичные строители будут закупать цемент где-либо еще.
Материалы подготовили: Юрий ВЕРЕТЕННИКОВ, Николай ГОРЕЛОВ, Алексей ГРИВАЧ, Андрей ДЕНИСОВ, Владислав ДОЛГОВ, Дмитрий ПОНОМАРЕВ,

  СДЕЛКИ ГОДА  
  • //  27.12.2002
Крупнейшие сделки-2002. >>
реклама

  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ