N°124
13 сентября 2000
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ЗАГРАНИЦА
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
  ПОИСК  
  • //  13.09.2000
Оплеуха
Погиб лучший нестоличный журнал России

версия для печати
Журнала «Волга» больше нет. На второй странице его новоизданной книжки (№413 по общему счету) помещено обращение редакции: «Читателям, даже самым верным, в общем-то, совсем не обязательно знать, какими способами и средствами поддерживается издание, главное -- получать свежие номера. Следуя этому принципу, редакция «Волги», не получая никакой помощи извне, за исключением временной поддержки Института «Открытое общество» (дополнительный тираж), прилагала все возможные силы, чтобы журнал выходил». Добавим: и невозможные тоже.

В 1990 году редакция «Волги» выбрала свободу: учредителем журнала стал его трудовой коллектив, возглавляемый блестящим критиком и опытным историком русской словесности Сергеем Боровиковым. Это не было случайным или обусловленным перестроечной модой жестом -- журнал уже был свободным по сути своей и свободой этой поступаться не желал. Здесь появлялись не только смелые (и что не менее важно -- квалифицированно подготовленные) публикации «из наследия», но и талантливые современные вещи. Здесь публиковались интереснейшие исторические изыскания о Поволжье, и особенно -- о Саратовской губернии. В рецензионном разделе могли соседствовать доброкачественный академизм и веселая (иногда на грани фола) «постмодернистская» эссеистика. Журнал уже тогда был настоящим русским домом -- большим, уютным, не слишком прибранным, с разными горницами, залами, сенями, крылечками и балконами. Здесь был свежий воздух, воздух свободы, неотделимой от культуры, любви к отечеству и уважения к личности.

Десять лет свободы -- это много. Спорят о том, сколь разумно использовала эти годы наша страна. «Волга» -- на все сто процентов. Это был едва ли не самый открытый журнал России, где патриотизм никогда не противопоставлялся приверженности либеральным ценностям, традиционность -- новаторскому эксперименту, «свои» (саратовские, поволжские) авторы -- писателям из других губерний, Питера и даже Москвы. Здесь печатались такие яркие и несхожие прозаики, как Евгений Попов и Вячеслав Пьецух (причем в пору, когда московские «флагманы» не были готовы принять «Душу патриота» и «Роммат»), Марина Палей (когда-то -- «День тополиного пуха», в этом году -- «Ланч») и Марина Вишневецкая («Глава четвертая, рассказанная Геннадием»), Майя Кучерская и Петр Алешковский, Николай Климонтович и Сергей Солоух («Шизгара»), Артем Рондарев и Алан Черчесов («Реквием по живущему»). Сюда отдавали стихи Вера Павлова и Владимир Салимон, Виктор Кривулин и Елена Шварц, Ольга Седакова и Сергей Стратановский. «Волга» с удовольствием открывала новые имена. Олег Хафизов (Тула) и Александр Титов (Липецкая область), Владимир Шапко (Магнитогорск) и Николай Якушев (Вольск). Эти прозаики, к сожалению, не были востребованы столичными ежемесячниками, а все сокращающийся тираж саратовского журнала не позволял донести их незаурядные работы до многих потенциальных читателей. Но они были услышаны: сперва «Волгой», затем коллегами и критиками. Точно так же без «Волги» мы бы не узнали мощных поэтических голосов Александра Ожиганова (Самара) и Сергея Самойленко (Кемерово; один из самых ярких поэтов «среднего» поколения).

При этом «Волга» не переставала быть саратовским журналом, журналом Светланы Кековой (сборник ее лирики был удостоен малой премии Аполлона Григорьева) и Алексея Слаповского (здесь печатались «Я -- не я», «Первое второе пришествие», «Висельник», «Жар-птица»; тщанием журнала была издана первая книга ныне столь славного прозаика). Проза Валерия Володина, стихи Ивана Васильцова и Олега Рогова, замечательные работы саратовских историков, искусствоведов, филологов, краеведов, тематические номера («Волжский архив»), воспитание целой когорты молодых и кусачих критиков-эссеистов, издание богатейших по материалу книг («Саратов купеческий» братьев Семеновых, «Пароход на Волге» Владимира Цыбина) -- все это «Волга», журнал, лучшей характеристикой которого может служить название постоянной рубрики его главного редактора Сергея Боровикова -- «в русском жанре».

Да, душой журнала были подборки боровиковских размышлений: о жизни, об истории, о классиках, о новой словесности. Замечательно «домашние», якобы «неотделанные», всегда неожиданные, полемичные без злобы и добрые без сюсюканья опыты Боровикова заставляли верить: все наладится, не такое перемогали, есть на свете Россия, русская интеллигенция (в нормальном -- «земском», чеховском, человеческом смысле слова), русская литература. Есть теплота чувства и достоинство мысли. Мы еще вздохнем, улыбнемся, выйдем на набережную (не реки -- Волги!), выпьем. Без этих чувств, без готовности работать ради самой работы, без спокойного юмора и доверия к жизни не было бы ни писателя Боровикова, ни его рубрики, ни его журнала.

А все это было, хотя... Вновь цитирую обращение редакции к читателям: «Мы безуспешно искали спонсорской помощи у администрации, фирм, частных лиц». И ведь не только журнал занимался этим почтенным делом. О «Волге», ее неоспоримых достоинствах (в 1994 году журнал получил Малого Букера как лучшее литературное издание российской провинции), ее авторах и ее трудностях постоянно писали в столичных газетах и журналах. Было прямое обращение русского ПЕН-центра к саратовскому губернатору. Разным людям доводилось просить губернские и городские власти: помогите журналу, это ведь гордость Саратова (а могли бы добавить: и всей России). Какая там помощь! Какие налоговые послабления! Какие губернаторские деньги! В 1996 году журнал отмечал тридцатилетие -- поздравления от хозяев не пришло.

«Не место подробно рассказывать о видах дополнительных работ, к которым мы вынуждены были прибегать, чтобы добыть средства на издание журнала». Коллегам неловко, но почему бы и не сказать «как есть». Выиграв грант на мини-типографию, перейдя на полиграфическое самообеспечение, «волжане» брали заказы на самую разную продукцию: брошюры, детские книжки, ноты, вплоть до изделий тех литераторов, что вполне успешно устроились при новой власти, не забывая ностальгировать по большевикам и клеймить «антинародный режим». «Сколько сможем издавать журнал, столько и будем» -- это «правило Боровикова» я слышал много лет. И не я один.

Для чего? А для себя, для литераторского сообщества, для того, чтобы жизнь продолжалась, чтобы город Саратов был собой, а не мифической столицей Поволжья, справляющей выдуманные юбилеи, чтобы словосочетание «русская провинция» заставляло вспоминать о душевной высоте и великой истории, а не о персонажах и сюжетах, от которых задергался бы сам Салтыков-Щедрин.

Всему приходит конец. Литератор может работать без жалованья (хоть это и кажется кому-то смешным), бухгалтер, распространитель, наборщик, как выяснилось, тоже могут. Но не столько же лет! Без «Волги» наша литература 90-х гляделась бы совсем иначе: скучнее было бы, сумеречнее, безнадежней. Славные же у нас перспективы открываются. Под звон торжественных речей о росте государственного внимания к культуре. Коли внимание, то, извините, и ответственность. Не знаю, как себя чувствуют министры культуры и печати вкупе с социальным вице-премьером, да и ведают ли они вообще, что погибло «обыкновенное чудо». Ладно, расстоянием отговориться могут: Россия большая, в ней всего много. Но прогрессивнейший, демократичнейший, патриотичнейший саратовский губернатор, политик «общероссийского масштаба», радующий публику то одной, то другой фантастической инициативой господин Аяцков уж точно осведомлен о судьбе «Волги» -- о медленном, но верном убийстве по-настоящему свободного, по-настоящему русского журнала. Культура и свобода, достоинство и привычка к труду, интеллигентность и вкус потерпели очередное поражение. Как бы никто и не виноват, но не только «волжане», их авторы и читатели, но и всякий неравнодушный к отечественной словесности человек ходит нынче с горящим лицом -- как после оплеухи.

«Учредитель журнала, трудовой коллектив редакции, сохраняет за собой право на логотип «Волги» вместе с надеждой на возрождение журнала». Если бы!
Андрей НЕМЗЕР

реклама

  ТАКЖЕ В РУБРИКЕ  
  • //  13.09.2000
Погиб лучший нестоличный журнал России
Журнала «Волга» больше нет -- хотя редакция и «сохраняет за собой право на логотип вместе с надеждой на его возрождение». >>
  • //  13.09.2000
Произведения Малевича и Кандинского приехали в Москву из Краснодара
Это уже седьмая экспозиция в некогда учрежденном Третьяковкой выставочном цикле "Золотая карта России". Устроители стремятся преодолеть некоторую монотонность проекта, вычленяя из собраний российских провинциальных музеев отдельные темы или разделы. Нынешняя выставка Краснодарского краевого художественного музея посвящена русскому авангардному искусству 1910--1920 годов. >>
  • //  13.09.2000
Новая комедия «Дом Большой Мамочки» не блещет оригинальностью
Казалось бы, снять очень плохую и совершенно несмешную комедию не так-то просто -- слишком много этапов приходится пройти: написать сценарий, договориться с продюсером, подобрать актеров, снять, смонтировать, озвучить, выпустить в прокат... За это время сто раз успеешь одуматься, ну, в крайнем случае добрые люди остановят, если с самокритикой проблемы. Именно поэтому сам факт существования комедии «Дом Большой Мамочки» ставит в тупик. >>
  • //  13.09.2000
Знаменитый мюзикл сыграли на Бродвее в последний раз
«Сегодня и всегда» -- такие слова до недавнего времени красовались на афише мюзикла «Кошки», побившего рекорд бродвейского долголетия. Однако всему приходит конец... >>
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Реклама