Туркмения и ее президент Гурбангулы Бердымухамедов нынче находятся среди самых модных тем мировой прессы. От них зависит, быть или не быть газопроводу «Набукко», удастся ли добиться мирного раздела Каспия, будут ли обеспечены безопасные условия доставки углеводородов на мировые рынки и многое другое. Президент Туркмении -- обаятельный мужчина, в общении с ним «тают» самые «железные леди» современности.

Вот, к примеру, в сентябре госсекретарь США Хиллари Клинтон встречалась в Нью-Йорке с г-ном Бердымухамедовым, прибывшим туда для участия в сессии Генассамблеи ООН. Журналисты поинтересовались тогда у помощника г-жи Клинтон Роберта Блейка, обсуждались ли вопросы прав человека в Туркмении. Он ответил, что подобные вопросы всегда в центре внимания переговоров с туркменскими представителями, но в этот раз времени было мало, а других вопросов много. Да и вообще, заметил Блейк, в Туркмении ситуация с правами человека не хуже, чем в некоторых соседних странах.

Сравнивая страны региона, помощник главного американского дипломата, очевидно, знает, о чем говорит. Более того, судя по всему, он знает, что туркменский президент вообще чрезвычайно болезненно относится к вопросам на эту щекотливую тему. Он сразу замыкается, его обаяние как-то скукоживается, и обсуждать с ним крайне важные проблемы, связанные с оказанием помощи Туркмении в диверсификации маршрутов доставки туркменского газа на мировые рынки, становится чрезвычайно трудно. Об этом, кстати, в частных разговорах рассказывают и другие западные дипломаты, имевшие честь общаться с туркменским правителем.

Поэтому никто из них, включая, разумеется, и их российских коллег, не стал интересоваться, почему сотни туркменских студентов вот уже несколько недель не могут выехать для продолжения учебы в зарубежные вузы? Почему все они обнаружили в ашхабадском аэропорту имени Туркменбаши Великого, что занесены в черные списки невыездных? Отчего учеба в университетах Киргизии, Болгарии и России, куда они были приняты на законных основаниях, а значительная часть из них уже училась, оказалась недоступной?

В чем провинились туркменские юноши и девушки? Ведь из-за запрета на выезд некоторые из них даже предприняли на днях попытки суицида -- к счастью, неудачные. Что снова происходит в Туркмении, этой еще недавно стране «Золотого века Туркменбаши», где просвещенные европейцы из Европейского союза совместно с представителями Программы развития ООН буквально на днях презентовали новый трехлетний проект «Укрепление потенциала Туркменистана в содействии и защите прав человека»?

А там в разгаре очередная кампания паранойи. Старт ей летом этого года дал вопрос, заданный г-ном Бердымухамедовым туркменским начальникам от образования: «Много народу уезжает, вы сами не знаете, кто и куда, разберитесь!» Во исполнение этого распоряжения в августе была создана специальная комиссия. Она рассматривала дела студентов, проводила собеседования, ставила разрешительные печати на выезд, стоимость которых, по свидетельству очевидцев, достигала 1000 долл. За разрешением обратились около трех тысяч человек -- абитуриенты и вернувшиеся на каникулы. Отказывали в первую очередь тем студентам, кто учился за рубежом в негосударственных вузах.

Самая скандальная ситуация возникла со студентами, учившимися в Американском университете Центральной Азии (АУЦА) в Бишкеке. Их не выпустили туда продолжать учебу, так как заподозрили революционную «оранжевую» крамолу в их обучении. Еще бы -- многие из них обучались в АУЦА на стипендии, получаемые от Фонда Сороса. Туркменское министерство образования, как будто бы желая прояснить ситуацию, обратилось в посольство США в Ашхабаде с запросом: сколько же наших студентов учится в Бишкеке? Простодушные американцы, разумеется, желая помочь решить проблему, предоставили в ответ список, в котором только проживающих в Бишкеке студентов было около 160 человек. Власти тут же занесли всех их в черный список.

Тогда сердобольные спонсоры, оплачивавшие образование туркменской молодежи, перевели свои деньги в один из болгарских университетов, а также в Санкт-Петербург, в Смольный институт свободных (ах, какое же опасное для туркменских начальников название!) наук и искусств. Казалось бы, проблема решена, и студенты в конце прошлой недели начали готовиться к отлету в Болгарию (65 человек) и Россию (48 человек). Уже были получены визы.

Однако в ночь на 3 октября в аэропорту их не впустили в самолеты: оказалось, что все они снова «невыездные». Выяснилось, что бдительные туркменские чиновники, старательно следящие за эмигрантской туркменской прессой, вычитали на одном из интернет-сайтов, что даже в Питере некоторых студентов ждет стипендия Фонда Сороса. И туркменская мышеловка снова захлопнулась. Похоже, Гурбангулы Бердымухамедов не на шутку напуган возможностью попадания в свою страну «оранжевого» вируса. Поговаривают, что даже стремление Ашхабада продавать свой газ покупателям на границе Туркмении тоже объясняется страхом, как бы туркмен на той стороне ничем не заразили...